2001, специальный выпуск
Социология потребления

Социология потребления
в странах Северной Европы:
исследование продовольственного потребления

Введение к работам скандинавских социологов

В середине 1980-х годов в социологии потребления и, в частности, в социологии еды, обозначилось два основных направления, берущих свое начало в Великобритании. В 1995 г. Стэфен Меннелль опубликовал книгу “All Manners of Food” (“Всевозможные манеры еды”), историческое исследование, в котором отражено развитие способов и образцов потребления еды в двух соседствующих европейских странах, Франции и Англии. Первая из них известна миру как страна высокой кулинарной культуры, вторая “прославилась” скверной кухней и примитивными манерами. Меннелль, на которого большое влияние оказало исследование французского придворного общества Норбертом Элиасом, объясняет эти противоречивые тенденции в историческом контексте. По его мнению, причина кроется в уникальной рациональности, характерной для версальского двора XVII века.

Другая значительная работа по социологии потребления была написана Колином Кэмпбеллом в 1986 г. Это книга “The Romantic Ethic and the Spirit of Modern Consumption” (“Романтическая этика и дух современного потребления”). Как уже становится ясно из названия, ассоциирующегося со знаменитой веберовской “Протестантской этикой и духом современного капитализма”, Кэмпбелл доказывает, что для своего развития и непрерывного воспроизводства современное капиталистическое общество нуждается не только в массовом стремлении своих членов к работе и накопительству. Для этого требуется такая же радикальная переориентация в потреблении. Исходя из динамичного характера капитализма, Кэмпбелл предполагает, что люди всегда желают потреблять не только больше, — они хотят потреблять новые товары. Эта потребность не является естественной или врожденной. Напротив, как и склонность к накоплению и вложению капитала, она приобретается и проявляется только в современном обществе. Современный потребитель, согласно Кэмпбеллу, никогда не может удовлетворить свои потребности полностью.

Если Меннелль видит задачу социологии в изучении логики развития культуры и способов потребления еды, то Кэмпбелл считает, что для понимания современного общества необходимо исследовать особый характер современного потребления.

Культурные аспекты потребления еды с самого начала рассматривались в социальной антропологии и этнологии как существенные элементы анализа культуры и общества. Эмпирические исследования как культуры потребления в целом, так и культуры питания в частности, проводятся в рамках данных дисциплин уже долгое время. В социологии же, за некоторым исключением, интерес к еде возник недавно. Его возникновение или возрождение совпало с происходящими в европейских странах изменениями, которые иногда называют “американизацией” или новой волной консюмеризма. Глобальная переориентация западного общества 1980-х по масштабу и значимости может сравниться с послевоенным этапом развития потребительской культуры, имевшим место в конце 1950-х и 1960-х годах. Оба периода характеризуются ростом товарного изобилия. Новые формы популярной культуры и домашней технологии проникают в дома европейских жителей: сначала телевизоры, проигрыватели и магнитофоны, затем видео, компакт-диски и персональные компьютеры, — наиболее заметные примеры новых потребительских товаров. Появляются и новые формы продажи продуктов питания: национальные сети супермаркетов и система фаст-фуд. Поскольку эти изменения отражают процессы трансформации, происходящие как в системе труда, так и в структуре домохозяйства, многие исследователи высказывают опасение, что традиционное питание, в частности “семейная еда”, находится в состоянии упадка. Известный французский социолог Клод Фишлер ввел термин “гастроанемия”, отражающий серьезные проблемы, которые испытывает общество в связи с разрушением традиционных норм питания. Большая обеспокоенность также выражается по поводу будущего нуклеарной семьи.

Как свидетельствуют различные исследования, несмотря на значительные изменения, в культуре питания существует преемственность. Вслед за Меннелем можно было бы говорить как о сокращении различий, так и об увеличении многообразия. Многие нормы и практики остаются социально гомогенными и устойчивыми, но в то же время они допускают большое индивидуальное разнообразие и гибкость (см.: Ordinary Consumption / Eds. J. Gronow, A. Warde. Harwood Academic, 2000. (forthcoming)).

Тем не менее, если традиционные правила и нормы постепенно утрачивают свою власть над членами общества и если социальные идентичности не закреплены прочно в устойчивых профессиональных ролях, то это может повлечь за собой рост неопределенности. Если людям предоставляется возможность выбирать среди множества альтернатив более или менее самостоятельно и в соответствии со своими индивидуальными предпочтениями, а не с социально установленными правилами или предписаниями, то им придется также столкнуться с последствиями своих действий. Поэтому, как утверждает Ульрих Бек в работе “Risikogesellschaft”, опубликованной в 1986 г. и недавно вышедшей в свет в России, в таких условиях любая процедура выбора включает индивидуальные риски.

В последнее время, несмотря на то, что в западном обществе контроль над продовольствием и сырьем предположительно стал более эффективным и всеобъемлющим, тем не менее, несколько случаев серьезной паники вокруг продуктов питания, начиная от сальмонеллы в яйцах и заканчивая недавними случаями заражения вирусом бешенства говядины в Великобритании, Франции, Бельгии и Германии, охватили это общество. Появлению паники в определенной мере способствовали индустриализация и технологическая манипуляция продуктами питания. Люди, очевидно, ощущают, что анонимные социальные силы, которые действуют на рынке продовольствия, оказываются вне их контроля. Как правило, потребитель испытывает трудности в получении надежной, достоверной информации о вредных или благоприятных последствиях употребления многих продуктов от тех, кто ответственен за обеспечение его “хлебом насущным”. Однако такое беспокойство вызвано не только техническими переменами в системе продовольственного обеспечения, но, вероятно, также в значительной мере и ростом социальной неопределенности или, если хотите, рефлексивности, касающейся соответствующих социально установленных правил и способов питания. Один из наиболее интересных вопросов, который волнует современную социологию потребления, это вопрос о том, происходит ли замена некоторых старых правил и предписаний новыми, такими, как экологические нормы или здоровое питание, и каковы природа и масштабы этих новых стандартов поведения.

Ю. Гронов


Copyright © Журнал социологии и социальной антропологии, 2001

HTML by Fedorov D.A. , 2002